Инструменты пользователя

Инструменты сайта


иудаика_iv

К содержанию

IV. Цветущее многообразие. Основные течения современного иудаизма

Реформизм: истоки и идеология

В середине XIX века в Германии разгорелся спор между двумя известными раввинами. Это была не просто одна из многочисленных дискуссий, которые время от времени сотрясают еврейский мир. Речь шла о принципиальных основах иудаизма. Раввин Авраам Гейгер утверждал, что для современного еврея многочисленные религиозные обряды и законы, установленные талмудистами былых времен, обременительны, еврейскую религию необходимо реформировать, сделать более созвучной современной жизни. Университетский товарищ Гейгера раввин Самсон Рафаил Гирш выступал в роли его оппонента, представляя ортодоксальный иудаизм. «Не религию приспособить к жизни, а жизнь – к религии» – таков был его девиз.
В этой формуле заключалась суть конфронтации между ортодоксальным иудаизмом и движением за обновление религии, возникшим в Германии во втором десятилетии XIX века и получившим название «реформизм», или «прогрессивный иудаизм».
За два столетия своего существования это движение распространилось по всему еврейскому миру, обрело своих религиозных мыслителей и лидеров, свои учебные заведения и организационные формы. Достаточно сказать, что в девяностые годы прошлого века в США 13 процентов еврейских семей принадлежало к этому движению. Около 750 реформистских общин, входящих в Союз американских еврейских конгрегаций, насчитывали 1,1 млн человек. В Германии в наше время 15 из 84 общин являются реформистскими. В них входят 3 тыс. человек из 100 тыс. членов германских еврейских общин.
Но обратимся к истокам движения. Как возникала идеология реформизма? В результате своих научных исследований Гейгер пришел к выводу, что еврейская религия – это постоянно развивающийся организм. Библейская вера не идентична позднейшему раввинистическому иудаизму. Современность диктует дальнейшую эволюцию религии, необходимость приспосабливаться к меняющимся условиям жизни. Современные раввины, согласно Гейгеру, имеют право модернизировать иудаизм подобно тому, как законоучители Талмуда имели право приспосабливать его к требованиям своего времени. Гейгер был сторонником критического изучения Библии и в ней самой находил примеры развития веры. Так как изменения в иудаизме, согласно Гейгеру, всегда носили органический, эволюционный, а не революционный характер, то и новые изменения должны вырастать из прошлого, а не порывать с ним.
Тем не менее, несмотря на радикализм своих воззрений, Гейгер оставался в основном верен традициям в литургии и ритуале. По его мнению, постоянные элементы иудаизма – монотеизм и закон морали. Ритуал лишь служит средством выражения этих идей, и только в выполнении этой функции его ценность; поэтому он – изменяющийся элемент иудаизма. Характер еврейского народа также подвержен изменениям: некогда евреи были нацией, но теперь не являются ею. Мессианские чаяния Гейгер предлагал понимать в духе универсализма, а не в духе стремления к национальному возрождению.
Теория Гейгера легла в основу всех последующих формулировок учения реформизма. Но развивалось это учение в постоянных идеологических столкновениях с ортодоксией. Каждое изменение в ритуале, будь то замена молитвы на иврите молитвой на принятом в данной общине разговорном языке или введение в литургию органной музыки, воспринималось традиционалистами как подрыв основ веры, как стремление превратить синагогу в подобие протестантской церкви. Тем не менее постепенно точки зрения сближались, создавалась почва для компромисса, реформисты в чем-то считались с позицией ортодоксов, и все-таки ко многим основополагающим теологическим вопросам имеется разный подход. В чем же эта разница? Вот как толкуется она в книге раввинов Гилберта С. Розенталя и Вальтера Гомолки «Этот многоликий иудаизм».
Возьмем представление о Боге. У ортодоксов он является сверхъестественным, сверхчеловеческим существом, которое творит чудеса, слышит наши молитвы, знает обо всех наших мыслях и поступках. Он всемогущ, вседобр, вездесущ и всеведущ. Но в реформизме допускаются разные представления о Боге. Первые прогрессивные раввины под влиянием философии Канта и Гегеля описывали Бога как некий дух во Вселенной, который сохраняет порядок и этику, как в природе, так и в человеческом обществе. Эти законоучители не допускали представление о Боге, который творит чудеса и нарушает законы природы – останавливает движение солнца, разделяет воды Красного моря. Для них это просто легенды, отражающие то, что люди думали о Всевышнем. Для прогрессивных евреев Бог не является, конечно, личностью, но они верят, что Создатель присутствует в нас и в нашем мире. Его присутствие можно обнаружить в мировой и особенно еврейской истории. Некоторые мыслители предлагают рассматривать Бога как часть природы и созидательную силу Универсума – мира как целого, Вселенной.
Ритуальные правила, такие как кашрут, соблюдение правил субботы, полагают реформисты, были созданы людьми, поставленными в определенные исторические условия, они не божественного происхождения и не могут, следовательно, рассматриваться как обязательные для современных евреев.
«Мы рассматриваем свод законов Моисея как систему, которая должна подготовить еврейский народ к выполнению его национальной задачи в Палестине, – говорится в „Питтсбургской платформе“ – основополагающем документе реформизма, принятом конференцией прогрессивных раввинов в 1885 г. в Питтсбурге. – Но сегодня обязательными для нас являются только его моральные законы, и мы сохраняем только те церемонии, которые возвышают и одухотворяют нашу жизнь, отбрасывая всё, что нельзя связать с представлениями и нормами современной цивилизации».
В соответствии с этими принципами менее строгими стали правила Шаббата (разрешается писать, пользоваться транспортом), отменены многие предписания, связанные с приемом пищи, стали необязательными религиозные браки, изменены или отменены многие траурные ритуалы, при смешанном браке перестал быть обязательным переход партнера в иудаизм. Наконец, мужчины и женщины стали равноправными в религиозной жизни, им разрешается сидеть на богослужении вместе, появились женщины раввины и канторы.
Реформистские раввины четко формулируют принципы своего учения. Молитва, богослужение, язык молитвенника должны быть понятны каждому поколению и находить отзвук в душах людей.
Реформистское движение активно участвует в межрелигиозном диалоге и убеждено в том, что это способствует устранению религиозных предрассудков. Это движение всегда открыто для новых обрядов, церемоний и ритуалов, которые укрепляют еврейскую жизнь.
Тора. Ортодоксальные евреи верят, что Бог вручил ее народу Израиля на горе Синай и каждое ее слово свято и неизменно, а каждая заповедь имеет важное значение. Для реформистов же обязательный характер носят лишь моральные и этические законы Торы и на первом месте находятся десять заповедей, прежде всего заповедь любви к ближнему: «Возлюби ближнего, как самого себя».
У реформистов имеется свое представление об Откровении. Оно, по их мнению, является не только непосредственным волеизъявлением Бога или исходящим от него знанием, но и процессом, продолжающимся во времени. Всевышний каждый раз являет свою божественную волю и свое послание новому поколению. В древние времена он ниспослал правила, имевшие глубокий смысл и бывшие тогда необходимыми. Но в наши дни Бог вновь являет свою волю через народ Израиля, его учителей и мудрецов. Таким образом, традиция и современность постоянно встречаются в вечном процессе интерпретации и осмысления опыта, давая начало следующему звену в цепи еврейской духовной истории.
Если ортодоксы воспринимают Тору как единое целое, как слово Бога, обязательное во все времена, то по мнению прогрессивного иудаизма она не является неизменной и не должна восприниматься буквально. Тору следует воспринимать как средоточие человеческой мысли на протяжении многих столетий. Как таковая она может содержать идеи, не соответствующие сегодняшней реальности. То же самое относится к Талмуду и раввинистической литературе, созданной людьми. Эти тексты также не могут рассматриваться в качестве постоянно актуальных и независимых от времени. Таким образом, по взглядам на Божественное происхождение Торы между прогрессивным и ортодоксальным иудаизмом существуют глубокие и непреодолимые противоречия.
Эти противоречия настолько глубоки, что ортодоксальные раввины воспринимают реформизм как новую особую религию, не имеющую ничего общего с иудаизмом. Вот что говорит по этому поводу раввин Элиягу Эссас: «Двести лет назад в Германии начали изобретать новое мировоззрение. Потом назвали его „реформированный иудаизм“. Но к иудаизму как мировоззрению и образу жизни оно не имеет отношения, ибо представляет новую не еврейскую религию. Реформисты отказались от основ, на которых строятся еврейское мировоззрение и образ жизни.
Вот эти основы:
– Есть Всевышний; Он сотворил мир и выразил свою Волю в Торе, которую передал еврейскому народу. В Устной Торе содержатся правила, определяющие нормативное поведение (галаха) народа и каждого человека во всех поколениях и всех ситуациях. Новые обстоятельства могут (и должны) потребовать определения галахи, учитывающей эти обстоятельства. Но это определение может и должно реализовываться по правилам Устной Торы и людьми, живущими в соответствии с законами Торы. Таким образом, галаха и вечна, и современна – только такой и может быть Воля Творца.
Поскольку изобретатели реформизма отказались от этих фундаментальных принципов, в то время когда лишь эти принципы и делают мировоззрение еврейским, они заслуживают сомнительной чести называться основателями новой, нееврейской религии. И совершенно неправильно присоединять к названию изобретенной ими религии слово „иудаизм“».
Такова позиция ортодоксального законоучителя. Она означает, что спор, начатый двести лет назад двумя раввинами, суть которого была выражена в формуле «религию – к жизни или жизнь – к религии?», продолжается.

Консерватизм: в поисках компромисса

В Реформизмом не исчерпывается духовное многообразие еврейской религии. Революционный запал, отодвинувший это течение от основных принципов, заложенных в ортодоксальном проявлении нашей религии, устраивал далеко не всех законоучителей, стремившихся к реформам.
Примерно в то же время, когда немецкий раввин Абрахам Гейгер закладывал основы реформизма, стремясь обновить религиозные обряды в духе современности и облегчить ритуальную ношу, которую несет ортодоксальный еврей, другой немецкий раввин Захариас Франкель пытался найти компромисс между реформизмом и ортодоксией.
Он основал в Бреславле (Вроцлаве) Еврейскую теологическую семинарию, где преподавался неортодоксальный вариант иудаизма, названный позитивно-историческим. Позитивность его заключалось в том, что, в отличие от реформизма, Франкель выступал за сохранение традиционных мицвот и Галахи. А историческим этот иудаизм был потому, что признавались развитие и изменение обрядов и обычаев на протяжении столетий. Таким образом, этот реформатор выступал за возможность изменений и дальнейшее развитие иудаизма, отклоняя при этом принципиальное вмешательство в традицию, как это, по его мнению, делал Гейгер. Он полагал, что мессианская вера, которая «выражает благочестивое стремление еврейского народа к независимости», важна для самосохранения и развития иудаизма, несмотря на то что германские евреи «уже нашли родину, которую они не покинут».
Учение Франкеля и историка Генриха Греца в начале XX в. легло в основу консервативного иудаизма (на иврите – яхадут масорти), нашедшего распространение в США. Этот термин, с одной стороны, означал цель движения – консервирование, или сохранение, еврейской традиции, а с другой стороны – движение отклоняло крупные преобразования, вводимые реформизмом, то есть оно было консервативным по отношению к реформизму.
Выступая за синтез традиции с постепенными реформами, органически не чуждыми основам Галахи, Франкель считал иудаизм живым и динамичным организмом, способным приспосабливаться к изменениям, происходящим в окружающем мире, хотя сама суть его вечна и неизменна. Грец, в свою очередь, видел в иудаизме политико-религиозное единство учения, народа и Земли Израиля, которым определяется историческая исключительность еврейства
Представители этого течения приветствовали приобщение евреев к европейской культуре в рамках секуляризированного общества, понимая, что это неизбежно ведет к изменениям в религиозной жизни. Этот процесс объяснялся ими на примере всей еврейской истории, в основе которой лежит тенденция приспособления религиозных законов к жизненным нуждам. Основатели консервативного иудаизма не отвергали новшеств при условии, что они не касались основных принципов религии, как, например, сохранение иврита в литургии, соблюдение кашрута и субботы.
В Соединенных Штатах главным центром консервативного иудаизма стала Еврейская теологическая семинария в Нью-Йорке, которую в начале прошлого века возглавлял знаменитый первооткрыватель текстов Каирской генизы, историк и гебраист Шломо Шехтер. Он, по сути дела, заложил основы современной философии этого течения. Еврейская национальная идея и сионизм – неотъемлемая часть его концепции. Он подчеркивал, что иудаизм является неделимым целым, в котором религиозное и национальное тесно связаны между собой.
Придерживаясь избранного им направления между ортодоксией и реформизмом, Шехтер сочетал научную объективность с глубокой верой, а также с гибкостью и новаторством в теории и практике иудаизма. В то же время он возражал против твердой фиксации реформ в иудаизме, считая, что изменения должны происходить естественно, а не приниматься «неким синодом».
Особенно широко консервативное движение начало развиваться в США после Второй мировой войны. В это время происходило переселение евреев из городских центров в предместья, где не было ортодоксальных общин. Для среднего слоя, к которому в большинстве своем принадлежали американские евреи, желательно было сохранение традиционных ритуалов и обычаев, привычных им с детства. Вместе с тем эти формы жизни становились им тесны, а реформизм виделся слишком революционным. Консерватизм давал золотую середину, а его религиозная практика виделась более свободной.
Да, еврей не должен работать в субботу, а также писать, курить, пользоваться транспортом. Но если он далеко живет, можно воспользоваться транспортом для поездки в синагогу. Правила кашрута соблюдать надо, но заказать молочные продукты в некошерном ресторане можно. Постоянно носить головной убор мужчине не обязательно. Это надо делать, лишь когда молишься или изучаешь Тору. Несколько иным становится порядок богослужения и молитвы. Отдельные молитвы и проповеди произносятся на языке данной местности. В синагоге допустимы орган и смешанный, состоящий из мужчин и женщин, хор. Более того, мужчины и женщины во время богослужения могут сидеть вместе, женщины могут быть вызваны к Торе, входить в состав миньяна, учиться и становиться раввинами.
Возможно, для человека, далекого от иудаизма, эти изменения могут показаться не столь важными, но ортодоксальный еврей видит в них существенный отход от традиции.
В принятой в 1988 г. «Декларации о принципах консервативного иудаизма» утверждается, что традиция имеет решающее значение и ее необходимо придерживаться, однако иудаизм – это не только религия и вера. Это религиозная культура, подверженная изменениям и развитию во времени.
Широк спектр представлений консервативных законоучителей о Боге. Некоторые из них верили в персонифицированного Всевышнего, слушающего человеческие молитвы. Но для Шехтера Бог – это вездесущий дух, находящийся везде и всегда, когда соблюдаются его заповеди. Раввин Мордехай Каплан описывает Бога как силу и в то же время процесс, реализация которого служит спасению и реализации определенной миссии. Да и Откровение для консервативных теологов представляет собой взаимозависимое действие, это диалог, идущий между Богом и человеком. Божественная суть Откровения не может быть подвергнута сомнению. Но характер размышления об истине, содержащейся в Библии и Талмуде, является человеческим, и эти размышления могут быть ошибочными и содержать в себе наслоения, связанные со временем. Поэтому определенные сомнения в этих текстах возможны. Да и мицвот представляют собой лишь человеческую интерпретацию божественных принципов. Такова теологическая подоплека определенных отклонений от традиции, содержащихся в консервативном иудаизме.
Это движение вводит еще одну идею в религиозное сознание евреев. В то время как в центре интересов ортодоксии находится Галаха, а реформизм основное значение придает Богу и его моральным законам, идеологической основой консерватизма является такое понятие, как еврейский народ. И Тора, и мицвот, и духовные ценности иудаизма должны способствовать поддержанию жизни еврейского народа. Сторонники консервативного движения верят, что народ Израиля избран Богом для определенной цели – распространить учение Торы среди всех народов мира. Быть избранным – это не привилегия, а, скорее, обязанность.
Насколько распространен консервативный иудаизм в еврейском мире? В США к нему примыкают около миллиона человек. Так что там по-прежнему – главный центр движения. В Израиле – около 60 общин движения «Масорти», в которых состоит 50 тыс. человек. В Европе официальными членами «Масорти» являются 30 общин: 14 в Великобритании, 5 во Франции, по 3 в Германии и Испании и по одной в Нидерландах, Португалии, Швеции, Венгрии и Чехии. Несколько консервативных общин есть также в Азии, Африке и Австралии.
Так что, совершив в начале прошлого века прыжок из Германии в Америку, консервативный иудаизм в последние десятилетия возвращается в Европу и Израиль. В Иерусалиме действует филиал Еврейской теологической семинарии «Неве-Шехтер», названной так в честь Шломо Шехтера. Традиция давать имена основателей своих течений существует и в реформизме, и в консерватизме. В Германии имеется реформистский колледж имени Абрахама Гейгера. В ноябре 2013 г. начал свою работу колледж имени Захариаса Франкеля при Потсдамском университете, который занимается подготовкой раввинов консервативного направления.
В настоящее время в Германии существуют три общины «Масорти» – в городах Вайден в Верхнем Пфальце, в Ольденбурге, а также в Берлине при синагоге на Ораниенбургер-штрассе. Здесь раввином является женщина Геза С. Эдерберг, которая 11 лет назад создала в Германии общество «Масорти». В ее синагоге женщины и мужчины участвуют в богослужении на равных правах, да и габаем является женщина – Мирьям Розенгартен.
Конечно, большинство евреев Берлина, как и всей Германии, в отличие от Америки, продолжают оставаться в рамках традиционного ортодоксального иудаизма. Но тем не менее либеральные течения также имеют своих приверженцев, что свидетельствует о многообразии еврейской духовной жизни.

Репконструктивизм: крайняя точка обновления

Одно из религиозных течений иудаизма, возникшее около ста лет назад не в Германии, как реформизм и консерватизм, а непосредственно в Америке, имеет своеобразную эмблему в виде колеса. Ось этого колеса символизирует Израиль – центр еврейской цивилизации, из которого исходят все важные силы иудаизма. Религия, культура, этика – это спицы колеса, символизирующие связи между Израилем и мировым еврейством. Внутренняя окружность колеса – еврейское сообщество, которое через религиозные, этические и культурные связи связано с Израилем. А внешняя окружность представляет собой весь мир, в каждой своей точке связанный с еврейской цивилизацией.
Вот такая эмблема, несколько необычная для иудаизма, как необычна философия движения обновления, которое она обозначает и которое называется реконструктивизмом.
Обновление иудаизма декларировали и другие религиозные течения, о которых мы уже говорили, – реформизм и консерватизм. Но здесь обновление было столь радикальным, а сама философия столь оригинальной, что принять ее трудно было не только ортодоксам, но и консерваторам.
Собственно, отец-основатель реконструктивизма раввин Мордехай Каплан вышел из недр консерватизма, он полвека преподавал в Еврейской теологической семинарии, этом оплоте консервативного движения Америки. Но вот в 1934 г. Каплан публикует книгу «Иудаизм как цивилизация», которая произвела в еврейском мире впечатление разорвавшейся бомбы. В ней содержалась законченная программа обновления еврейской теологии, философии, ритуалов и общинной жизни.
Правда, датой основания движения принято считать 1922 г., когда в Соединенных Штатах Америки было создано общество по распространению реконструктивистского иудаизма. Но после выхода книги Каплана по всей стране начали создаваться клубы приверженцев нового течения, начало действовать издательство, выходить журнал, распространяющий новую религиозную идеологию.
В соответствии с учением Мордехая Каплана иудаизм рассматривается как развивающаяся религиозная цивилизация, которая, подобно любой другой цивилизации, обладает, наряду с религией, также собственной историей, языком, социальной структурой, правилами поведения и духовными и общественными идеалами.
Самое смелое утверждение реформатора заключалось в том, что не Бог, а еврейский народ должен рассматриваться в качестве центра еврейской общинной жизни. Поэтому всё должно делаться для того, чтобы сохранить этот народ, даже если придется отказаться от старых идей и представлений и заменить их новыми.
Евреи, утверждает Каплан, несмотря на гонения и страдания, оставались верны своей религии, потому что верили в избавление в будущем мире, однако сегодня в это уже не верят, и потому иудаизм должен превратиться из цивилизации, ориентированной на загробную жизнь, в цивилизацию, которая была бы способна помочь евреям достичь избавления в этом мире. Поскольку для реконструктивизма иудаизм – это цивилизация, то его компоненты могут функционировать только во взаимодействии друг с другом; на этом основании зиждется концепция «органической общины», жизнь которой сконцентрирована вокруг синагоги, образовательных учреждений, сионистских организаций и других общественных объединений, действующих совместно под эгидой демократически избираемого общинного руководства. Каплан считал, что синагога должна действовать как еврейский центр, способный удовлетворить практически все потребности живущего еврейской жизнью индивида.
Реконструктивизм признает заслуги каждого крупного движения в развитии иудаизма и вместе с тем подвергает критике каждое из них. Ортодоксия слишком подчеркивает метафизическое начало, веру в персонифицированного Бога, творящего чудеса, и потому менее привлекательна для современных евреев. Реформизм не уделяет должного внимания понятию «народ», а также важности ритуалов. Консерватизм слишком занят прошлым и стремлением сохранить верность Галахе. Что же предлагает реконструктивизм?
Здесь всё ново и далеко от многих традиционных представлений. Каплан признает присутствие Бога в человеке и человеческом опыте. И наша способность делать добро, стремиться к высоким целям, наше отличие от животных являются отражением могущества Бога. Идеолог конструктивизма определяет Бога как силу или процесс, обеспечивающий спасение человека и выполнение его высокой миссии, воплощение высших идеалов, к которым он стремится. Эта сила присутствует в мире и людях, она движет человеком в его стремлении к совершенствованию. И она-то и есть Бог. Тем не менее его власть ограничена. Если бы Бог был всемогущ, как бы он мог допустить существование в мире зла и страданий? Да, в мире существуют вещи, которые Бог пока не может контролировать, отвечает Каплан на извечную проблему теодицеи. Ведь божественная благодать не снизошла пока на весь мир, и та область мира, которую мы обозначаем как «зло», пока не
проникнута присутствием Бога. Но надо верить, что Божественный дух в конце концов заполнит весь мир, и тогда страдания и зло потеряют свое значение. И цель каждого еврея – приближать этот день.
Рационален подход реконструктивизма к Торе, к Библии. Приверженцы этого движения не разделяют веру в акт Божественного дарения Торы евреям на горе Синай. А Библия, по их мнению, – труд, созданный разными авторами в разное время, он является свидетельством наших поисков Бога. Да и Галаха не является святой и неизменной, не говоря уже о мицвот, которые для реконструктивистов – народные обычаи. Каждый народ в ходе своего исторического развития создавал такие обычаи, каждая цивилизация имеет своих героев, свои ритуалы, празднества и святыни. У евреев святыня – Тора. Наши обычаи и традиции приближают нас к Богу и объединяют нас в единый народ. Скажем, если евреи должны соблюдать Шаббат, то это не потому, что так повелел Бог, а потому, что этот обычай обеспечивает связь евреев в единый народ.
Соответственно, ритуал рассматривается в реконструктивизме не как закон, а как способ коллективного выживания еврейской общины и духовного развития ее членов. Решение, какие ритуалы и обряды должны практиковаться, принадлежит индивиду, который, однако, должен принимать в расчет не только собственные потребности, но и потребности общины.
В 1945 г. вышел в свет реконструктивистский «Субботний молитвенник», из которого, в соответствии с концепцией Каплана, были исключены упоминания об избранности еврейского народа, о богоданности Торы и о Мессии как личности. Было издано также руководство по ритуальным процедурам, но оно носило рекомендательный характер. Советовалось, например, в Шаббат наслаждаться жизнью и заниматься делами, которые в другие дни невозможны. Каждый сам может выбирать эти дела. Один посещает синагогу и изучает Тору, а другой играет в футбол или плавает – это его способ наслаждаться жизнью. Правила кашрута признаются, но можно разрешить евреям их не соблюдать, если кашрут почему-либо неудобен или затруднителен. В результате многие сторонники движения дома едят кошерные продукты, а вне дома – некошерные.
Религиозная община в соответствии с идеологией реконструктивизма превращается в общинный центр, который дает своим членам возможности для проявления не только религиозной, но и культурной, социальной и спортивной активности. Это ответ на вопрос, нередко возникающий у русских евреев в Германии: правильным ли является расширение функций общины, где действуют культурные, спортивные и другие объединения. Коль скоро иудаизм является религиозной цивилизацией, полагает Каплан, он должен создать условия для занятий всеми видами деятельности.
Конечно же, изменения происходят и в богослужении, в ходе которого используются музыкальные инструменты и хор, а женщины и мужчины сидят вместе. Так как иврит считается важнейшей составной частью еврейской цивилизации, то большинство молитв произносится на нем. Но тексты многих молитв изменены, кроме того, в литургию включены новые молитвы на английском языке.
Как движение реконструктивизм не получил распространения среди еврейских масс. Тем не менее влияние его идей выходит далеко за пределы немногочисленных общин этого движения. В 1967 г. в Филадельфии был основан реконструктивистский раввинский колледж. Его студенты должны по меньшей мере один год обучаться в Израиле, что рассматривается как интегральная часть их профессиональной подготовки.
В 1963 г. в Иерусалиме была основана реконструктивистская конгрегация «Мевакшей дерех» (переводится как «взыскующие пути»), которая стремится прилагать концепции Каплана к специфическим условиям Израиля.
Реконструктивизм можно отнести к религиозному движению американского иудаизма, в наименьшей степени привязанного к традиции и постоянно готового к изменениям, развитию и обновлению. Это движение находится на левом фланге религиозных движений мира, о чем говорит его позиция по вопросам равноправия женщин, определения еврейского происхождения не только по материнской, но и по отцовской линии, отношение к смешанным бракам, к гомосексуализму и многим другим моральным и социальным проблемам.
Если говорить о начавшемся с Гаскалы двухсотлетнем пути по обновлению еврейской религии и освобождению еврея от ноши традиций и обрядов, составляющих сущность классического иудаизма, то реконструктивизм находится на самой крайней, наиболее отдаленной от ортодоксии точке этого пути.

К содержанию

иудаика_iv.txt · Последние изменения: 2016/11/09 12:07 — imwerden